Главная страница 
 Гостевая книга 
 Обратная связь 
 Поиск по сайту 
 Друзья сайта 
   
 

 
   
   
   
 Волшебные сказки 
 Сказки о животных 
 Бытовые сказки  
 Сатирические сказки 
 Сказки о батырах 
 Сказки об Алдаре-Косе 
 Сказки о Жиренше 
 Сказки о Ходже Насыре 
   
   
 Камбар батыр 
 Ер-Таргын 
 Кыз-Жибек 
 Плач Кыз-Жибек 
 Кобланды-батыр 
 Алпамыс батыр 
 Кобланды Батыр 
   
   
 Легенды о животных 
 Легенды о батырах 
 Легенды о родной земле 
 Легенды о мудрецах 
 Легенды о народах 
   
   
 Народные обычаи 
 Свадебные обряды 
 Обряды воспитания 
 Бытовые обряды 
 Промысловые обряды 
 Религиозные обряды 
 Похоронные обряды 
   
   
 Казахские поговорки 
 Казахские пословицы 
 Казахские народные игры 
 Народные загадки 
 Народное искусство 
 Мужские казахские имена 
 Женские казахские имена 
 Казахские музыкальные инструменты 
   
 

Пленка строительная цена тут.
 
   
 
  
 
   
 

Бозинген

 

В давние времена один человек по имени Багланбай держал у се­бя верблюдицу — Бозинген. Всем была хороша верблюдица, только вот не было от нее ни разу припло­да. Обратился однажды Багланбай к жителям аула:
— Не дождаться, видно, мне верблюжонка от Бозинген. Не посо­ветуете ли, что делать?
Ничего путного не услышал он в ответ от собравшихся аулчан. Только один мальчик-сирота, жавшийся к порогу, сказал:

Кланяюсь низко сородичам   знатным.
Те, кто сиротскою долей отмечен,—
Хватит ли вам, аксакалы, терпенья
Выслушать речь бедняка -сиротины?
Если меня не осыпите бранью
Я возвращусь и счастливым, и сытым.
...Вы Бозинген заберите из стада.
Пышным ковром ее сразу накройте,
В ноздри проденьте шелковую нитку
И к частоколу поставьте на привязь.
Пусть за ней ходят старик и старуха.
Пусть ни на миг с нее глаз не спускают.
Пусть не жалеют любви и заботы.

***

Мальчика речи пришлись всем по нраву.
Вскоре в аул привели верблюдицу.
Пышным укрыли ковром домотканным.
Нитку шелковую в ноздри продели,
Колышек вбили, резьбою увитый.
Чтобы следили за ней неусыпно.

Прошло двенадцать месяцев, настала пора Бозинген разродиться. И вот в один прекрасный день принесла она верблюжонка, золотоголового, серебробедрого. Обрадовались старик со старухой и пошли бы­ло просить суинши у Багланбая, но попались им на пути аульные про­ныры торговцы.
— Куда направляетесь?
Отвечают им старик со старухой:
— Идем получить суинши у Багланбая. Верблюдица его принесла верблюжонка — золотоголового, серебробедрого. Торговцы в ответ:
- Оттого, что вы пойдете и получите суинши, счастливей станете, что ли? Не лучше ли продать верблюдицу и поделить деньги поровну? А потом и верблюжонка, спрятав его до поры до времени за семью же­лезными замками, продать, когда подрастет.
Не хотели соглашаться старик и старуха, да шутки с купцами пло­хи — пригрозили убить. Тогда делать нечего, пришлось согласиться.
Повели Бозинген на базар, продали караванщикам. Те, привязав к своим верблюдам, повели Бозинген за собой. Плача, тоскуя по оставлен­ному верблюжонку, говорит верблюдица купцам-караванщикам:

С первого дня, как на свет появилась,
Было одно мне знакомо желанье.
Все претерпела детеныша ради:
В знойную пору ковром укрывалась.
Перьями филина лоб украшала,
Мучила ноздри шелковою ниткой.
Всякого встречного слезно молила,
Чтоб вразумил меня добрым советом.
Разве ж такого ждала я исхода —
Проданной быть торгашом на базаре?
Счастья единственного лишившись,
Чем заслужила тяжелую кару?

 

Небом безоблачным мне ль любоваться?
Где мой бота, по нему я тоскую!
И за чужим караваном ступая,
Слезы из глаз моих льются на землю,
Льются из вымени млечные струйки.
Ведь долгожданного мной верблюжонка
Досыта я накормить не успела!
И   оттого,   что   лишилась   отрады,
Черный огонь иссушает утробу,
Нервы сдают постепенно и млеет
Тело от нежности неутоленной.

Вечером караванщики остановились на ночлег. Переполненная тос­кой, причитая и плача, обратилась Бозинген к пролетающим птицам:

Вы, что летаете вольно по небу.
Ты, пустельга, ты, стремительный сокол,
Утром насытившись кормом-добычей,
В полдень взмываете в синие дали.
Где-нибудь, пусть далеко или близко.
Вам не пришлось ли случайно приметить
В шумной толпе сироту-верблюжонка,
Крики которого всем надоели.
Плачет, страдает, томится который?
«Нет, не видали»,—ответили птицы.
Сокол с летящей вослед пустельгою.
В небе высоком летая кругами,
Падаешь камнем, завидев добычу,
Ждешь, когда к ней подоспеет хозяин...
Беркут мой, с крыльями в черных накрапах,
Ты, из далеких краев прилетевший,
Видел ли плачущего верблюжонка?
Может, его продают на базаре?
Голоден он и никем не ухожен!
Ты верблюжонка такого не видел?
«Нет, не припомню»,—ответил ей беркут.
Гордый орел, над землею парящий,
Тот, кого люди по праву назвали
Лучшей из птиц и царем всех пернатых,
Ты не видал ли поникшего в горе
Вечно тоскующего верблюжонка?
Ты сироту-верблюжонка не видел?
Ты, кому ведомы тайны ночные,
Мудрый, с глазами горящими филин,
Издалека прилетел ли к нам нынче?
Может, ты, филин, и высмотрел где-то:
Шею свою по-лебяжьи согнувши,
Плачет в ночи сирота-верблюжонок,
Криком отчаянным мать призывая?
Филин в ответ: «Верблюжонка? Какого?»


  Назад

1

Далее
 
 
 
© Ertegi.ru